Аркхем, штат Массачусетс.
Настойчиво зазвенел звонок на столе дежурного, и молоденький стажер, только пристроившийся в соседней комнате с журналом известного толка, поплелся на пост. По пути он успел изобрести несколько неостроумных, но полновесных определений в адрес нежданного визитера; впрочем, все они улетучились из юной курчавой головы, едва только дежурный разглядел гостя.
- Доброе утро, профессор, - стажер улыбнулся так лучезарно, что сиянием от его зубов дрова можно было бы поджигать.
Профессор Дэнфорт сдержанно кивнул. Доброжелательность молодого человека в отношении этого замечательного мужа была, кстати, более чем оправдана. Среди подрастающего поколения Дэнфорт стал живой легендой, выдающимся педагогом и исследователем, но в первую очередь – большим любителем и знатоком оккультных наук и древних преданий: последнее порождало вокруг профессора тьмы и тьмы всевозможных слухов и баек. Говорили, что он читал такие книги из хранилищ Мискатоникского университета, о которых даже Ученый Совет предпочитал забыть; что в молодости он участвовал в экспедиции в Антарктиде, схлопотал там нервный срыв, зато обрел что-то иное, о чем никому никогда не рассказывал. И это были только самые распространенные (и более-менее достоверные) истории об удивительном профессоре.
Сегодня, однако, профессор был явно не в духе. Вид у него был такой, словно он болен или не выспался: веки опухли, глаза были мутны, кожа на лице висела тяжелыми складками.
- Доброе утро, - выдавил Дэнфорт.
- Чем могу помочь, профессор?
- Некрономикон Экс-Мортис…
- Простите? – переспросил ошеломленный дежурный.
- Книга. Она должна быть здесь.
С этими словами профессор Дэнфорт запустил руку в карман легкой куртки и, к вящему изумлению дежурного, извлек оттуда сахарный кубик.
- Да…разумеется, она у нас есть, - пробормотал стажер, глядя, как профессор жадно жует сахар, - но вы же знаете, она в закрытом доступе…
Но для вас мы, разумеется, можем сделать исключение, - поспешно добавил он, встретившись с профессором взглядом. - Вам только нужно будет заполнить это требование…впрочем, не нужно, я потом все улажу. Вы, вероятно, торопитесь, - тараторил дежурный, который окончательно перестал понимать, что происходит; вдобавок, профессор, заглатывающий уже второй кусок сахара, начал его пугать, - так что пройдемте побыстрее, и вы посмотрите все, что вам…
Пока студент болтал таким образом, а мрачный спутник молча плелся позади, они добрались до закрытых наглухо дверей в отдаленной части университетской библиотеки. За этими дверьми и находилось хранилище закрытого доступа, содержавшее самые уникальные и сомнительные экземпляры.
Нужный ящик сыскался быстро: «Некрономикон» был уникальной книгой, и университет пока мог похвастаться одним-единственным фолиантом из тех, что уцелели до наших дней. Дэнфорт жадно выхватил книгу из рук дежурного и, казалось, тут же забыл о парне, уткнувшись носом в ветхие страницы. Он спешно перелистал несколько страниц, губы его нервно задергались, лицо исказилось, как у человека, который купил упаковку «Хэппи Мила» и вместо мягкой игрушки обнаружил внутри кое-что большое и несвежее.
- Что ж… занимайтесь, я прослежу, чтобы вам не мешали… - пролепетал дежурный, продвигаясь потихоньку к выходу (ноги сами тащили его из проклятого хранилища). Вообразите же себе ужас молодого человека, когда цепкая рука, сильная и грубая, как звериная лапа, сгребла его сзади за плечо и с размаху пришпилила к стеллажу с редкими томами! Профессор Дэнфорт трясся от ярости, лицо его стекало к подбородку, словно кисель, будто бы мышцы и кости вовсе не удерживали кожу.
- Мама, - обреченно промямлил стажер.
- ОНА – НЕ – НАСТОЯЩАЯ! – прорычал Дэнфорт.
- Профессор, моя шея…
- КОПИЯ! – ревел безумец, тыча в лицо дежурному злосчастный «Некрономикон». – ГДЕ – НАСТОЯЩАЯ?! ГДЕ – ПОДЛИННИК?!
- Я не знаю! Умоляю, профессор…не делайте со мной ничего такого…прошу, я сделаю, что хотите…
Его отшвырнуло на пол, и он больно ударился виском о край нижней полки стеллажа. Хлопнула дверь, в коридоре раздался грохот быстро удаляющихся шагов. Студент со стоном приподнялся и огляделся. Висок ломило нестерпимо.
- Матерь Божья, - охнул несчастный стажер. – Он и книгу забрал!
Дальнейшее промедление грозило крупными неприятностями. Необходимо было срочно позвонить в полицию и заявить о краже ценного издания. А заодно уж и в службу психиатрической помощи. Правда, стажер уже сомневался в том, что у профессора обычное умственное переутомление, но никакие другие здравые объяснения в голову пока не лезли.